Модеру выделяется (по желанию)раздел форума. Там он "Царь и Бог"-следит за порядком, наказывает флудеров и хулиганов,награждать(званиями, например)старожилов и достойных, устраивает конкурсы и т.д. Это полноправный участник жизни сайта, имеет право обсуждать его жизнь. Также создавать свои разделы при одобрении остальных участников.

А что он должен делать? (прости конечно если вопрос глупый).

В плане ответственности-да. А так не очень.

А трудно быть модератором?))

Дамы и господа! Есть ли среди вас кто-то, кто шарит в html, PHP, и т.п???
Так же, те кто желают быть модераторами в будующем форуме?

Ну вот пополнение сайта. Адамант ты не ответил на мой вопрос.. Анежка принимай инфо)))

HOMO FERUS - ДЕТИ-ВОЛКИ

Наибольшее число детей-волков дала миру Индия, возможно потому, что её жители из-за нищеты вынуждены были оставлять маленьких детишек в джунглях. С 1843 по 1933 год из Индии поступило не менее шестнадцати сообщений о найденных детях-волках обоих полов, были обнаружены также дети-пантеры и дети-леопарды.
Двух самых знаменитых детей, девочек-волков, Камалу и Амалу, нашли в 1920 году.
Доктор Дж.Сингх, попечитель сиротского приюта в Миднапоре, написал длинный и подробный отчёт о своих наблюдениях за двумя девочками-волками, находившимися на его попечении; записи делались на протяжении длительного времени, так что достоверность его наблюдений не вызывает сомнений, к тому же они подтверждены другими очевидцами.
В октябре 1920 года, когда он читал проповеди в районе Годамури, к нему подошли несколько возбужденных местных жителей и рассказали о "фантастических существах", живущих в джунглях. Доктор решил отправиться посмотреть на эти существа.
Его завели глубоко в джунгли, и после наступления сумерек он и сопровождавшие его жители увидели семейство волков, появившихся из вырытой на склоне оврага норы. Впереди шли три взрослых волка, потом бежали два волчонка, а за ними двигались, по определению перепуганных крестьян, два "чудища". Это были два диковинных животных, которых Сингх не мог классифицировать.
Они передвигались на четырех конечностях, а длинные спутанные волосы закрывали лица. После того, как "чудища" выскочили из норы, доктор Сингх едва удержал своих спутников, собравшихся стрелять по ним из ружей. Он предложил поймать их. Однако "чудища" вызывали такой страх, что он вынужден был отправиться в отдаленную деревню, чтобы найти добровольцев для их поимки.
Через неделю доктор вернулся к волчьему логову. Двух волков в нём не было, а волчицу, охранявшую вход, пришлось застрелить. Преподобный и его помощники были изумлены, обнаружив в логове двух волчат и двух человеческих детенышей. Последние были голыми, покрыты болячками и синяками, но проявляли большую агрессивность и были готовы энергично защищать свою территорию.
Детей забрали из берлоги и отдали местным жителям, те же при первой возможности избавились от них, и доктор Сингх нашел девочек несколько дней спустя полумёртвыми от голода. Он постарался выходить их, заставляя есть молоко и другую питательную пищу. Младшей, Амале, было лишь восемнадцать месяцев, а старшей, Камале - так их окрестил доктор Сингх - около восьми лет. Кожа у обеих была изрядно поцарапана и покрыта мозолями, языки высовывались изо ртов, они скалили зубы и тяжело дышали.
Еще более удивительные факты выяснились позже. Дети были неспособны видеть днём и спасались от солнечного света в тёмных углах. Ночью они выли и метались по комнате в поисках выхода. Спали они всего лишь по пять-шесть часов в сутки, ели только сырое мясо и утоляли жажду, лакая жидкость.
Обе девочки ползали на коленях и локтях, когда находились в комнате, но на улице довольно быстро бегали, вставая на ладони и ступни. Они рычали на людей, изгибали спины, подобно волкам, при приближении того, кого они считали опасным. Они "охотились", преследуя цыплят и других домашних животных, рыскали по двору в поисках выброшенных потрохов и с жадностью пожирали их.
Но эти дети-волки прожили довольно недолго в цивилизованной обстановке. Младшая, Амала, прожила в неволе меньше года, она скончалась от нефрита в сентябре 1921 года. Камала прожила около девяти лет. Постепенно она научилась ходить, хотя до конца жизни ей так и не удалось избавиться от своей волчьей походки. Она научилась умываться, пользоваться посудой, даже выучила несколько слов, но продолжала есть сырое мясо и потроха, избегала собак. То, что она обучилась примитивной речи, означает, что при рождении у нее не было умственных дефектов и что её волчьи повадки были целиком переняты у "приемных родителей".
Со смертью Камалы закончилась одна из интереснейших историй нашего времени, хотя разговоры о ней и её изучение продолжаются и посей день. Многие обстоятельства, окружавшие жизнь этих детей покрыты мраком. Например, возникают естественные вопросы: почему дети не были немедленно съедены волками? Откуда взялась вторая девочка? Но природа хранит эти тайны.

Общая информация о волках

Они свирепые и опасные. Вероятно, так скажет о волках тот, кто почти ничего о них не знает. На самом деле на людей волки нападают очень редко. Как и все хищники, они охотятся, чтобы прокормиться, и живут своей жизнью, стараясь держаться подальше от людей.

Предки собак
Волки обитают на Земле уже более миллиона лет. Произошли они от плотоядных хищников, живших 100 миллионов лет назад, а около 20 миллионов лет назад от волка произошли собаки.

Волчьи
Род волки (Lupus) объединяет волков, койотов, шакалов, диких и домашних собак - наиболее крупных представителей семейства волчьих. Кроме того, к этому семейству относятся все лисы, песцы, енотовидная собака и гривистый волк.

Как и собаки, волки очень понятливы и легко поддаются обучению. К тому же у каждого волка особый характер: есть осторожные, дерзкие или самоуверенные, они держатся в волчьем обществе свободно и непринужденно, а других не видно и не слышно.

Волки обитают в горах, лесах и на равнинах Северного полушария. Подобно всем живым существам, они, как говорят биологи, занимают в дикой природе свою экологическую нишу. На территориях своего обитания волки являются самой много численной группой из тех хищников, что охотятся на крупных млекопитающих.

Волк - большой?
"Большой", - не очень подходящее определение для волка. Обычно волк-самец весит около 50 килограммов, волчица - килограммов на 5 меньше. Их высота в холке - около 75 сантиметров, а длина от носа да кончика хвоста достигает 1,5 - 2 метров.

Жизнь в стае
Волки - общественные животные: они живут семьями. В любой стае есть свой "табель о рангах", а в нем каждому отведено свое место. Сильные и агрессивные волки верховодят, а те, кому нужна твердая рука, подчиняются им. Волчью стаю - группу животных, связанных родством и взаимной симпатией, - возглавляют волк и волчица. Остальные ее члены - их отпрыски (от крохотных щенят до 2-3 летних подростков). Обычно в волчьей семье бывает 6 - 7, а иногда и 15 животных. Самый сильный волк в стае становится вожаком. Править ему помогает подруга - волчица. Чтобы остальные подчинялись, лидеры должны обладать сильным характером. Все решения, касающиеся жизни стаи, принимает именно эта пара. В стае, где за порядком следит вожак, волки между собой обычно не дерутся. Однако с чужаками или нарушившими границу владений волками-одиночками стычки случаются часто. Каждая волчья стая охотится только на своей территории. Хозяева строго охраняют и метят ее, предупреждая соседей, что им следует держаться подальше. Любой непрошеный гость будет наказан. В больших стаях часто бывает так, что какого-нибудь волка травят все его сородичи. Иногда отверженному становится совсем невмоготу, и он вынужден покинуть стаю.

Почему человека-нелюдима называют волком-одиночкой? Потому что он напоминает волка, который ушел из стаи и живет сам по себе. С течением времени в стае происходят изменения. Претенденты на роль вожака остаются в стае и ждут своего часа. Другие волки, повзрослев, уходят, чтобы скитаться в одиночку. Но и они могут создать свою стаю, если им повезет встретиться с одинокой волчицей. Если волк и волчица хотят править стаей, они должны подчинить своей воле всех остальных ее членов и заставить их беспрекословно выполнять свои законы. Вожак господствует над самцами стаи, а его подруга поддерживает порядок среди волчиц. Вожаки постоянно напоминают своим "подчиненным", кто в стае хозяин: рычат на них, кусают, гоняют и даже сбивают с ног, предпочитая проделывать это на глазах у всей стаи. Одного сурового, пристального взгляда вожака или его подруги достаточно, чтобы те, на кого он нацелен, покорились. Заискивающе ухмыляясь, волки валятся на землю, а затем, если удастся, крадучись убегают. Иногда они ложатся на спину, как бы говоря: мы знаем, кто здесь самый главный. То, как волк держит хвост, говорит о его положении в стае. У вожаков он высоко поднят, у их "поданных" опущен, а стоящие на низшей степени в волчьей семье поджимают хвост. Члены стаи выказывают вожаку любовь и уважение в приветственной церемонии. Ползком, с прижатыми ушами и приглаженной шерстью они приближаются к вожаку или к его подруге, лижут и осторожно покусывают ему морду.

Волки - одни из самых верных животных, они сильно привязываются к товарищам по стае. Свои чувства они выражают мимикой и телодвижениями. "Волчий язык" сплачивает стаю и помогает ей действовать заодно. В приливе нежности волки облизывают друг друга и трутся мордами. Хвост нужен волку и для того, чтобы выражать свои чувства. Если хвост задран и его кончик немного изогнут, это означает, что волк вполне уверен в себе. У дружелюбно настроенного волка хвост опущен, но самый кончик его смотрит вверх. Волк с поджатым хвостом либо чего-то боится, либо так сообщает о своей симпатии. Морды волков очень выразительны. Испугавшись, волк прижимает уши и изображает подобие улыбки. Разъяренный волк оскаливает зубы, а стоящие торчком уши разворачивает вперед. Почувствовав опасность, он отводит уши назад, оскаливается и высовывает язык. Товарищи понимают, как себя вести, чтобы сохранить мир в стае.

Прирожденные охотники
Волки созданы для охоты самой природой. Зимой волк на снегу оставляют аккуратную цепочку следов - он ставит заднюю лапу точно за передней. Благодаря такой поступи он может бегать по любой местности и даже по глубокому снегу. Оружие волка - это зубы. Их в его пасти целых 42. Впереди торчат 4 острых, кривых 5-ти сантиметровых клыка - по два сверху и снизу. Ими волк может прокусить плотную шкуру жертвы. А хищными, или плотоядными, зубами - так называют коренные зубы всех хищников - взрослый волк разгрызает даже бедренную кость лося. Охотнику нужен тонкий слух, и в этом отношении волкам повезло. Заслышав шум, они поводят ушами и определяют, откуда исходит звук. Источник звука может находиться в нескольких километрах от них. Волки охотятся почти бесшумно, ведь они бегают на самых кончиках пальцев. Так же как лошади и кошки, волк пяткой не касается земли. У него сильные мускулистые ноги и размашистая походка, и он может долго бежать рысью со скоростью 9 км/час, а в погоне за оленями и лосями разгоняться до 60 км/час. На охоте нос, а не уши или глаза, первым подсказывает волкам, где нужно искать добычу. По ветру они улавливают запах даже самого мелкого животного, находящегося в 1-2 километрах от них, когда его еще не слышно и не видно. Благодаря острому обонянию волки могут преследовать жертву по следам. От мороза волка защищает густой мех длиной до 8 сантиметров. Ближайший к телу слой меха – подшерсток, а наружный образован жесткими, длинными, черными на концах остевыми волосами. Они отталкивают воду, и подшерсток не намокает. В таком плаще с меховым подбоем волку не страшна не погода.

Стая на охоте
Волки – плотоядные (или хищные) звери. Они охотятся группами. Голодному волку, чтобы насытится, иногда хватает и небольшого животного – бобра, кролика, мыши или птицы. Но всей стае этого недостаточно, ей нужна крупная добыча – олень, лось или баран. Их не зря называют санитарами – ведь, как правило, их жертвами становятся старые, больные или неопытные животные. С больным животным исчезает очаг заболевания; если убит старый зверь, молодым и сильным достается больше еды. Эта биологическая регуляция численности способствует выживанию сильных, здоровых животных, как среди охотников, так и среди их возможных жертв. Хотя волки считаются беспощадными, удачей оканчивается лишь каждая десятая их охота. Бывает, что, потратив дня три на выслеживание и преследование стада оленей или лосей, волкам удается убить лишь несколько животных. Почему? Быстроногие олени могут убежать, а лоси – дать достойный отпор: этим 600-килограммовым гигантам с острыми рогами и тяжелыми копытами ничего не стоит проломить волку череп. Волки могут обходиться без пищи две недели, но если уж на охоте повезло, они наедятся до отвала. За один раз взрослый волк может съесть до 10 килограммов мяса! Иногда волки прячут часть недоеденной добычи про запас – затаскивают в яму и забрасывают чем-нибудь сверху. В случае неудачной охоты они вернуться к этому тайнику и выкопают спрятанный обед. Выживание стаи зависит от размеров ее охотничьих угодий, поэтому волки защищают их не на жизнь, а на смерть. Границы территории (она бывает 50-1500 кв. км в зависимости от того, на каких животных охотится стая) волки обозначают пахучими метками – обрызгивают мочой пни и крупные камни – и оповещают соседей о своих правах воем.

Волчьи игры и забавы
Волки не всегда охотятся, рычат и бывают свирепыми. Первое, что сделает волк, наполнив желудок, - свернется клубочком и хорошенько вздремнет. Проснувшись, с удовольствием порезвится. Если ему захочется поиграть, он пригласит присоединиться к нему и сородичей. Низко припадая на передних лапах к земле, он приблизится к ним и, виляя хвостом, скажет: «Ну пожалуйста!» Никакого ответа? Тогда, что бы привлечь к себе внимание, он начнет прыгать из стороны в сторону, совсем как собака.

Волки и люди
Кто не боится злого волка? С детства, когда нам читали сказки «Три поросенка», «Красная шапочка» и «Волк и семеро козлят», мы затвердили, что волки злые и страшные. На самом деле они не причиняют зла людям. Но, несмотря на это, люди убивают их.

Символ"Волк"

Волк - это, в первую очередь, высший символ свободы в животном мире, символ самостоятельности. (Тогда как, так называемого царя зверей - льва дрессируют в цирке.)
Волк - это и символ бесстрашия. В любой схватке волк борется до победы или до смерти.
Волк не подбирает падаль, а значит - это и символ чистоты.
Волк живет семьей, ухаживает только за своей волчицей-женой, и сам волк-отец воспитывает своих детей-волчат. У волков не существует такого порока, как прелюбодеяние. - Волк - это и символ высокой нравственности, преданности семье. (Чего не скажешь о самцах других животных.)
Волк - символ справедливости и честолюбия. В обычных условиях волк не допустит, со своей стороны, обидеть более слабого.
А что у разных народов означает волк как символ:

У большинства народов волк означает землю, зло, пожирающую страсть и ярость. Волки и вороны часто оказываются близкими друзья примитивных богов мертвых.
У алхимиков волк вместе с собакой символизирует двойственную природу Меркурия, философскую ртуть и ноус.
У ацтеков воющий волк - бог танца.
В кельтской мифологии волк проглатывает Небесного Отца (солнце), после чего наступает ночь. У китайцев он символизирует прожорливость и алчность.
В христианстве волк - зло, дьявол, погубитель паствы, жестокость, хитрость и ересь, а также человек с неподвижной шеей, так как считается, что волк не способен обернуться. Волк был эмблемой святого Франциска Ассизского, приручившего волка Губбио.
У египтян он является атрибутом Кхенти Аменти и Упуат.
В греко-римской традиции волк посвящен Марсу (Аресу) как олицетворение ярости, а также Аполлону и Сильвану. Волчица, согласно легенде, вскормившая Ромула и Рема, часто изображается в римском искусстве.
Волк символизирует также доблесть. У евреев волк олицетворяет кровожадность, жестокость, преследующий дух (Бытие, 49:17).
У индийцев ашвины спасают перепела дня от волка ночи.
Волк является ездовым животным ведьм и чернокнижников, его облик принимает оборотень или вервольф.

«Волк, нарушив закон, умрет… Сила стаи в том, что живет волком, сила волка - родная стая…»

Законы у диких животных в природе строго соблюдаются, чем людские, в миру, - так начинал свой рассказ мой дед, старый охотник Уцми, - я уходил на охоту всегда один.… Когда ты остаешься наедине с природой, то наблюдаешь за ее тайнами, какая она есть, и видишь и чувствуешь эстетику природы - вещуньи. Ты беседуешь с ней, как с живым существом. Находишь язык взаимопонимания. Она предлагает тебе жить по своим законам. Но человек бессознательно враг природе. Не трудно бы понять носителям вреда и бед, столь неоценимую ее красоту. Но природа беспощадна к своим обидчикам. Всяк сущее на земле и трагедии людей, мне кажется, - говорил Уцми, - это наказание за грехи перед природой. Кто когда-либо смотрел вниз, с высоты Телип-корта никогда не сделает ущерб природе. Я много раз наблюдал с макушки Телип-корта. Ведь как прекрасно Аллах сотворил природу!…

В лунную ночь, с вершины горы Телип-корта, как на ладони видно селение Центарой и быстрым течением убегающий вниз речкой - родник Яси. Цепляясь за камни, образовывая мини фонтаны, обходя все препятствия, уходит речка на равнинную плоскость и тянется через нагайские степи в объятия Каспийского моря.

Всякий раз, спускаясь с вершины Телип-корта, я на мгновение останавливался, делал глубокий вздох и произносил: «О, как жаль расставаться с такой красотой». Однажды, когда я приблизился к висячему камню, - продолжал рассказ Уцми, - на тропинке, преградив мне путь, стояла стая из 5 волков,… буквально в 20 шагах от меня. Волки, небрежно высвечивая клыки, злобно рычали. Я понял, что если не уступлю тропинку, нам здесь без схватки не разойтись. И освободил им путь, а волки прошли мимо меня, не соблюдая осторожность, будто бы меня здесь вовсе и не было. Не прошло и пол часа, как до меня донесся волчий вой. Примерно на вершине Телип-корта, откуда я недавно спустился. Все это было так сильно похоже на чеченский хоровой зикр, что, остановившись и, глядя на луну, любуясь окружающей средой, долго-долго слушал пение волков. И так несколько раз пересекались наши пути. Но однажды настало время выяснить отношения друг с другом.

В рюкзаке у меня имелось два пристреленных фазана. Тропинка, на которой мы встретились вновь, была местом опасным для схватки. Придерживаясь за ветки деревца, чтобы не свалиться в обрыв, я освободил им путь, отступил на шаг в сторону, также как бывало и раньше при встречах. Но вожак резким прыжком загородил мне путь. Опустив рюкзак на землю, я загнал патрон в ствол ружья. Вожак принял стойку к прыжку, давая мне понять, что не впервой в вооруженной схватке. Затем немного расслабился, словно говорил, что есть шанс разойтись мирно. И сделал жест головой в сторону своего конвоя. От внезапного броска двух волков к моему рюкзаку, я быстро присел, натягивая к себе ветку, и глазом не успел моргнуть, как от рюкзака остались лишь клочья. Они ушли, взяв одного фазана. Вслед за стаей уходил и вожак. Я, долго сидел словно окаменев, и думал о произошедшем.…

Но вновь и вновь ходил на вершину горы Телип-корта на охоту, как однажды возле старого дуба наши пути вновь сошлись. Но теперь в рюкзаке у меня был только один фазан. Я сразу бросил рюкзак в глубь стаи и немного отошел, но вожак сам приблизился к нему, обнюхал и ушел ни с чем. С десяток лет в нашем селе не было случая, чтобы волки нападали на скотину. Люди уже отвыкли от угроз лесных хищников, но как-то, раз ночью раздались выстрелы, слышны были крики «трех-четырех овец задушили, двух увели», «я был во дворе, видел двух волков, убегающих с добычей в глубь леса, не поверите, на спине были овцы, я впервые видел такое».

«По закону волков, - говорил Уцми, - близлежащим селам они не наносят вреда,… это не мои друзья, а залетные. Они бы не стали нарушать покой своей окрестности». Уйдут ли они незамеченные хозяевами Телип-корта - думал Уцми про свою знакомую стаю. Если вожак на склоне гор и смотрит бодрствующим взглядом на свой регион, тогда неизбежна смертельная схватка стаи с незваными гостями. - Не успел я осмыслить ситуацию, как сквозь доносящее тихое пение птиц услышал рев волков. Будто бы дрожала земля под ногами. Верите или нет, мне казалось, что слышу удары лап и вижу блеск сверкающих клыков. И все это длилось минут двадцать. На рассвете, после намаза, я направился к уже собравшейся толпе людей, которые рассматривали трех убитых волков, на склоне горы, где состоялся смертный бой двух волчьих стай. Внизу у обрыва нашли четвертого искусанного, раненного волка. По обычаю своих законов, волки не оставляют в живых раненых волков, даже из своей стаи.

Зная их повадки, - говорил Уцми, - я смотрел по сторонам, не укрывается ли где-то исполнитель. И не ошибся. Часто выглядывая из леса, нервно метался мой старый знакомый - вожак стаи. И встретив мой взгляд, казалось, он только и ждал того, он скрылся в лесу довольный своим поступком.

Люди кинулись к обрыву, кто с вилами, кто с палками добивать израненного волка. Я понял, что толпу невозможно было остановить просьбами, и сделал два выстрела в воздух, заявив: - «Кто сделает еще хоть шаг к волку, клянусь, третий выстрел будет его», - сам направился к обрыву. Беспомощно стараясь пошевелить головой, лежал израненный волк, истекая кровью. Его состояние мне было понятно, но без посторонней помощи, я не смог бы донести его домой. Двое молодых людей догадавшись по моему взгляду, спустились ко мне: «Мы готовы помочь тебе Уцми, по всей вероятности волк защищал наши интересы, если его еще можно спасти». - «Я знаю хорошего ветврача. Ему теперь поможет только покой, нужно унести его в мою хижину», - говорил взволнованный Уцми. Некоторые односельчане были недовольны тем, что он спасал жизнь волку.…

С каждым днем крепла дружба между Уцми и спасенным волком. В селе было много разговоров: одни твердили, что селение Центарой спокойно жило многие годы, так как его охраняли волки с Телип-корта. А другие говорили, что якобы Уцми носил в волчье логово Телип-корта мертвые туши овец, коров и потому волки охраняли село. Но как бы то ни было, в селе действительно царило спокойствие.

Уцми дал имя волку - Турпал. Когда он произносил это имя, волк вскакивал на ноги, и настороженно смотрел на своего спасителя, а что дальше? Уцми подносил ему большие куски мяса и воду. И дружно, не мешая, друг другу, они трапезничали.

Но вскоре настал день расставания. Уцми вместе с Турпалом направился к Телип-корту. По приближении к висячему камню, он увидел стоящих в ряд волков, и впереди в стойке - вожака, с высоко поднятой головой, словно ожидалась схватка, что ему подумалось «неужели я вскормил и выходил чужого», но, обернувшись к Турпалу, увидел радость встречи в его сверкающих глазах. И решив, что теперь можно и уйти, я направился чуть выше к роднику, понимая, что мое отсутствие не составляет никакой угрозы для Турпала. Со стороны я видел, что стая радостно встретила Турпала, и повернувшись ушел домой. Но этим не закончились трагедии моих друзей.

В субботний день эхом отдавались выстрелы со стороны Телип-корта. Не прошло двух часов, как по селу разнесся слух, что сыновья Саида убили волчицу, и принесли двух волчат. Собравшаяся во дворе Саида толпа, дразнила еще маленьких волчат. Уцми подошел недовольный поступком братьев, ругая их за это. Он ведь всегда предупреждал - волки не прощают. Положив волчат в мешок, отнес их к логову. Хотя я знал, - говорил Уцми, - что волки не примут волчат, но надеялся, что увидя меня, оставят их в живых. Но закон беспощаден,… спустя неделю охваченный тревогой о судьбе волчат, он вновь пошел к их логову. Его беспокойство оказалось небезосновательным. Умерщвленные волчата лежали у родника. Прошло более месяца. Но волки так и не появились в своем логове, в таких случаях волки навсегда покидают свои жилища.

Как-то поздним вечером Уцми возвращался с охоты, когда навстречу ему вышел Турпал, которого он давно уже не видел. Тот словно звал его за собой, будто хотел что-то ему показать. «Пришел, - обрадовано сказал Уцми, - но вот с чем?!» Волк не на шутку, еле слышно зарычал на него. Уходя, он вновь и вновь останавливался, зовя его за собой,… словно на помощь.…

- Когда волк направился к сенокосному участку Саида, меня охватили страх и смятение.… Недалеко друг от друга лежали убитые сыновья Саида. Сам он был сильно ранен. С полметра от него лежал убитый им же старый вожак стаи. Я посмотрел вслед удаляющемуся в глубь леса Турпалу, и сказал чуть слышно: «Что же ты наделал?» мои опасения оправдались…

В доме Саида люди собрались на похороны, и он рассказал: - «Мои сыновья совершили преступление и поплатились смертью. Когда волки напали на сыновей, я хотел помочь, но вожак не подпускал меня, сбивая с ног. Меня они не трогали, до той поры пока я вожака не зарубил, который успел дважды укусить меня перед смертью. Но тут за меня вступился Турпал, он сбил меня с ног, этим предотвращая мою смерть. И не подпустил ко мне других волков. Они уходили врозь. Турпал ушел один.

В полнолунную ночь в его доме проходило священное пение - зикр, а со стороны Телип-корта до рассвета доносился волчий вой, похожий на пение зикр. Будто бы вместе с нами они разделяли нашу боль.… Так и наша жизнь неразрывно связана с гармонией природы. Мы чеченцы, подобно волкам, не прощаем смерть невинно убитых сестер и братьев. И мы вот не прощаем предательства.

Гордый чеченский непокорный народ, которого хотят сломить, поставить на колени, лишить своего логова, всех своих законов. Который год его терзают и мучают, хотят просто стереть с лица земли. И как же вы думаете?! Волчья стая не встанет на дыбы?! Думаете, они не покажут своих клыков незваным, непрошеным гостям, пришедшим не с добром. Каждый вожак, не задумываясь, встанет на защиту своей стаи, будет бороться до последнего, потому что, как говорил мой дед Уцми, сила вожака - родная стая, сила чеченцев единство, честность, вера и его священная родная земля. Земля, которая вся пропитана пролитой кровью своих лучших сынов, и горькими слезами матерей и старцев. Еще в 40-е годы, когда чеченский народ ни за что выслали в Казахстан, наши предки, старцы, которые отжили свое, со слезами на глазах и острой болью в сердце, думали лишь об одном, о своей священной земле. Боялись вновь не увидеть ее, боялись быть захороненными на чужбине…

Узнав о выселении, мой дед, Уцми, взял немного земли, завернув в носовой платок, и увез с собой на чужбину. Там он хранил ее многие годы, как самое священное и дорогое, пока не настал последний час его жизни. А незадолго до смерти, он попросил своего сына, моего отца, принести его сверток с родной землей, который долгие годы хранился в его чемодане. Развязав трясущимися руками, узелочек платка, плача как маленький ребенок, жадно взяв ее в руки, он начал целовать ее и говорить: «Жаль, что мои останки предадут не тебе, но пусть эта горсть первая ляжет на мой саван». Потом, оглядев присутствующих, он медленно повел свой рассказ:
- «Мы жили и не подозревали, что нам готовится ссылка. Но в одно прекрасное утро, пробил наш час. Село оцепили военные - они были всюду: в каждом дворе, на улицах и даже в лесу. Нам был отдан приказ, быстро сбираться в дорогу. С собой брать только самое необходимое, ровно столько, сколько сможете нести на руках. Наша пешая колонна, под сопровождением конвоя НКВД, двинулись из села по дороге в районный центр. Дорога шла через лес, минуя другие села. И вот, когда мы дошли до села Ахкинчу-Борзой, идущие впереди остановились без команды конвоя. Раздался голос командира: - «Кто дал команду остановить колонну. Эй, там, впереди, почему колонна остановилась?!»

Конвой, шедший впереди, ответил:
- Волк преградил нам путь!
- Так застрелите его!

Турпал искал взглядом своего старого знакомого, Уцми. Взгляды наши встретились. Глазами он спрашивал меня: - Почему ваша стая уходит? Куда вы? Что случилось? Не стало ли причиной вашего ухода последняя наша схватка. Я же, зная, что произойдет в следующую минуту, кинулся к волку. Но не успел я сделать и десяти шагов, как автоматная очередь сразила Турпала.
- Как глупо! - прошептал я, и, обняв тушу мертвого друга, заплакал. - В чем ты то виноват?

Все вокруг удивились, особенно конвой, но последовала команда «Вперед» и колонна двинулась. Я все еще плакал над другом, а чеченцы, знавшие про нашу дружбу, поддерживали меня, похлопывая по плечу, выражали соболезнование, проходя мимо. Когда все прошли, командир, отдавший приказ «Расстрелять волка», подошел ко мне и произнес:
- «Прости дед, я ведь не знал. Этот волк сопровождал нас еще от самого села Центарой, я просто не понял….» И с этими словами он дал приказ солдатам, помочь старику похоронить его друга. И я похоронил Турпала под деревом груши.
- «Вот оттуда я и взял эту горсть земли» - закончил он свой рассказ.

С этими последними воспоминаниями, рыдая по своей земле, он ушел к Аллаху.…

Вот что значит священная земля отцов, вот что значит родное логово, стая, честь. Так, подобно моему деду ушли многие из наших предков, не припав к знакомому до боли порогу, не переступив больше своего логово, не вдохнув в свою грудь чистого горного воздуха, где один запах диких растений говорил о родном и близком, о своем. Это священная земля, ради которой мы сегодня проливаем кровь. И это не первые ручьи крови, и не сегодня это началось. А длится это с далеких прошедших времен, со времен Шейха Мансура и Шамиля. Если бы наша земля могла говорить!!! Земля, которая нас породила и заберет в свои покои. Сколь кровавых историй она бы поведала нам! О скольких уничтоженных, незваными врагами, судьбах чеченских семей, рассказала бы она?! Рассказала бы так и столько, что нашим ушам было бы невыносимо больно слушать эту жестокую правду. Мы бы от боли кричали: «Хватит! Довольно!…». Но это вся наша история. История, которая напоминает о себе воспоминаниями. Она у нас в сердцах, в крови. И передается из поколения в поколения. Историю деда мне рассказал мой отец, а я передам ее своему сыну….

Сегодня мы боремся, проливаем кровь за простое право. За право жить на земле своих отцов. Каждый кусок земли, каждый камень, деревья, стоящие столетиями, мы защищаем, отдавая самое дорогое, дарованное Аллахом - жизнь. Потому, что это наше логово. Нет логова - не будет стаи. Пусть эти высокие, мощные горы, на которых есть места, где не ступала нога человека, до того сильны, и есть у них свои тайны. Пусть взмахнут, с помощью Всевышнего, своим огромным каменным крылом и очистят нашу землю от варваров, напавших на нашу Священную землю, оскверняя ее и уничтожая все живое. Сегодня вожак волчьей стаи встал на дыбы, и не успокоится, пока враги не уйдут с их родной, Священной земли.

Приметы

Волк, по народным сказаниям, он является олицетворением темной тучи, заслоняющей солнце, и вообще темноты. "Пришел волк (темная ночь) — весь народ умолк; взлетел ясен - сокол (солнце) — весь народ пошел!" — загадывается старинная загадка. Волком иногда оборачивался, по слову языческой старины, даже сам Перун, появляясь на земле; колдуны и ведьмы старались подражать богу богов славянских. В одном из наиболее древних заговоров причитается о том, что на сказочном острове Буяне "на полой поляне светит месяц на осинов пень — в зеленой лес, в широкий дол. Около пня ходит волк мохнатый, на зубах у него весь скот рогатый"

Повторяющиеся не только на Руси, но и у всех славянских и соседних с ними народов сказки об Иване-царевиче и сером волке наделяют этого зверя - хищника даже крыльями. Летает он быстрее ветра, переносит серый на своей спине царевича из одной стороны света белого в другую, помогает ему добыть чудесную Жар-птицу, золотогривого коня и всем красавицам красавицу — Царь-девицу. Говорит этот сказочный волк голосом человечьим и одарен необычайной мудростью.

Старинное малорусское поверье подает пахарю - скотоводу совет класть в печку кусок железа — в случае, если отобьется от стада, забредет в лес животина, ни за что не тронет тогда ее лютый зверь - волк. С зимнего Николы, говорит народ, начинают волки рыскать стадами по лесам, полям и лугам, осмеливаясь нападать даже на целые обозы. С этого дня вплоть до Крещенья — волчьи праздники. Только после крещенского водосвятия и пропадает их смелость.

По рассказам ямщиков, волки боятся колокольного звона и огня. Поддужный колокольчик отгоняет их от проезжего: "Чует нечистая сила, что крещеные едут!" — говорит бывалый, состарившийся за ямской гоньбою люд. Во многих деревнях для предохранения скота от волков, в зимнее время подбирающихся по ночам к задворкам, еще недавно было в обычае обегать околицу с колокольчиком в руках, причитая под звон: "Около двора железный тын, чтоб через этот тын не попал ни лютый зверь, ни гад, ни злой человек!" Верящие в силу колдовства люди рассказывают, что если навстречу свадебному поезду бросить высушенное волчье сердце, то молодые будут жить несчастливо. Волчья шерсть считалась в старину одною из злых сил в руках чародеев.

Волк

Серым непогожим утром он выбрался из чащи леса, все, о чем мечтал зверь – это была вода, хотя бы глоток, ведь целая ночь охоты так изнуряет.

Серый красавец прошел через поляну, тихо и осторожно, все не мог молодой волк прийти в себя, сердце в груди билось с такой силой, что, казалось, вот-вот выпрыгнет. И вдруг… выстрел! «Бежать, только бы убежать!!! Спастись! – мысли мелькали с такой скоростью, что их ход невозможно было уловить, - Я молод, молод! Мне нельзя погибать!» Снова выстрел!

БОЛЬ! Боль пронзила каждую клеточку, дрожь пробежала по всему телу… КРОВЬ! Кровь струилась из раздробленной, мощной, красивой головы волка: «Неужели пришел мой час? Судьба! Я тебе не верю!» Земля под головой животного смешалась с кровью и хвоей, превратившись в липкую, грязную массу. Это еще больше мучило зверя, он скулил и думал: «Если так… то умереть скорее бы, больше не могу, не хочу. ЛУНА, ПОМОГИ! ОСВОБОДИ МЕНЯ!»

Солнце стало садиться, волк все еще страдал от безумной боли, не отпускавшей ни на секунду. Почему он не умирал от такого серьезного и страшного ранения? Видимо, Луна не хотела его смерти…

«Наконец-то! Закат! Закат солнца, который я вижу последний раз в жизни, и закат моей жизни. Луна, я всегда был тебе предан, пел тебе одной песни одиночества… прощай», - проговаривал про себя волк. Он потерял сознание...

Луна взошла на небо! Теперь она поможет молодому, красивому волку выжить, или хотя бы облегчит страдания. Серебряный необыкновенно нежный и ласковый свет Луны скользил по земле, редкой лесной траве, прошлогодней хвое и ветвям елей, пока не добрался до ослабевшего, почти бездыханного тела волка.

«Охотник поразил тебя в голову, пробил насквозь… глаза твои… их не стало. Мой бедный зверь! Ты столько мучался, как мне не помочь тебе? Пусть кровь заменят слезы, а раны пусть станут стеклом! Живи, мой волк! Ты сильный! Отныне Хрустальным ты будешь! Вперед!» - сказала Луна. Серебро ее волшебного света заискрилось над животным, и Хрустальный предстал перед нею. А Охотник… вскоре погиб. Волк не простил той БОЛИ!..

Рассказ

Ты умираешь. Безразличный колючий снег обжигает тебя холодом. Расширились зрачки. Боль ноет в ране... Скоро все здесь заметет пурга. Но она опоздает. Смерть уже коснулась тебя. Тихим шепотом, шорохом снега. Высоко в небо уходят скрюченные, безобразные ветки голых деревьев. Здесь везде зима.... И в твоей душе холод. Холод и боль. Скоро уйдет и она. Скоро... Ты почти не дышишь, но уже и не нужно... Уже поздно глотать смерзшийся воздух - он колючим снежным комом забивает грудь. Луна застыла в небе бледным пятном. Ее отражение мертвенным бликом застыло в матовом стекле гаснущих глаз. Холодный белый свет накрыл тебя саваном покоя. Скоро... Пора уходить... Ты умираешь... Снег, перемешанный с кровью, впитал последнюю агонию дрожащего тела. Алые пятна в лунном свете стали лиловыми. Но ты не видишь... Лишь седая луна замерла в широко распахнутых мертвых глазах, только холод безликой тенью окутал душу, летящую в пустоту...

тридцать лет спустя...

Ты мечешься в постели, пронизанной густыми, липкими запахами безумных снов. Ты путаешься в душном саване простыней, сливаясь с ними бледностью сухой холодной кожи. Но вот хриплый крик ужаса, похожий на вой, разбудил тебя... твой собственный крик...

Ты не можешь понять, что с тобой происходит. Сны... Странные сны... Кровь... Пол запачкан кровью. Красные следы волчьих лап на белоснежных простынях... Агония и боль. Страх и отчаяние. Сны и реальность утратили границу...

Потом... Потом ты начинаешь понимать... И эта страшная истина давит тебя, и эти страшные сны выжигают изнутри... Зверь, злобный зверь, которого ты не можешь контролировать, зверь, способный лишь убивать - он просыпается в тебе по ночам. И торжествует, ибо знает силу своей власти. Темной власти...

Твой отец был охотником. Накануне твоего рождения он застрелил в лесу волка...

Он подарил тебе серую шкуру с мертвыми стеклянными глазами, серую шкуру лунного зверя, одинокого ночного убийцы. И сегодня ты цепляешься за жесткий седой мех, он стал самой близкой, самой дорогой вещью, ты зарылся в него и плачешь...

Близится ночь. Кроваво-красный закат смотрит на тебя своим пылающим оком. Деревья отбрасывают длинные мрачные тени, ползущие, словно змеи, скользкие, жуткие... С жалобным криком прячутся дневные птицы в густых кронах, но и там не скроются они от вездесущего Страха. Тебя тоже охватывает отчаяние, из груди рвется полный ужаса крик, ты мечешься, как загнанный охотниками зверь... Душу, сердце, разум сжигают кошмары...

Но вот ты очнулся от первого приступа Страха. И иная мысль настойчиво вертится в твоей затуманенной Тьмою голове. Зачем бояться и дрожать, зачем убегать от судьбы? И в тебе просыпается звериный инстинкт - кинуться навстречу Ночи, своим древним Братьям, испытать то сладостное ощущение дикого порыва, которое заставляет дрожать от ярости, рыдать от невыразимой тоски и диким волком выть на бледный безразличный лик луны... Отдайся же целиком этому порыву, не сопротивляйся темноте!.. Тебе кажется, что луна внимает твоей страстной, безумной песне, ты приветствуешь хлынувшие Страхи, кидаясь в их гущу, наслаждаясь огнем, сжигающим твое неспокойное сердце. Ты смеешься в открытые зубастые пасти крылатых демонов, витающих над сенью Пустоты, ты сам - один из них, в твоей душе не осталось больше места для страха, напротив - ты рад ночи. Ты- Зверь. Ты жаждешь крови. Ты жаждешь мрака. Но с первым лучом солнца ты очнешься на смятой холодной постели, ты будешь дрожать от проблесков памяти, от навязчивых образов, шепчущих твое Истинное Имя... Но пока - ты свободен! Ты - Зверь...

Теперь ты понимаешь его. Он одинок и печален. Да, он убийца, он - опасный хищный зверь. И он ненавидит тебя, твою человеческую сущность. Ты держишь его, ты - его проклятие, и твоя жизнь для него - тяжелая, горькая, страшная ноша. Пустая, напрасная жизнь. Жизнь без надежды. Обрывки жизни... Он мог бы играть с другими волками, но в твоем мире лишь бродячие собаки, дрожащие от ужаса при его появлении. И рядом нет верной волчицы, которая все понимает, которая не даст сорваться с окровавленного лезвия ненужной жизни... Он боится замкнутых стен твоего дома. Боится визга и гудков ошалелых машин... Тебе жаль его. Тебе больно за него. Ты понимаешь его... Но - сбрось наваждение! Мстительность затравленного, обезумевшего зверя разрушит твой мир. Не в твоих силах усмирить волка...

Ты сам станешь им, ты не разглядишь лица своей жертвы, опьяненный желанием убивать, одурманенный предвкушением крови... И ты проклянешь его, не раз еще возненавидишь, но ночью вновь подчинишься безмолвному призыву луны... Ты больше не можешь существовать без своего одинокого спутника. Без него ты пуст. И, признайся, тебе ведь не хочется, чтобы он уходил... Смотри, смотри вверх. Луна медленно плывет в водянистой паутине облаков. Утром на ней застынет знак бесконечности - бесконечные циклы рассветов и закатов войдут в твою судьбу... Ты ловишь бездонными зрачками рассеянный свет. Отброшенные бледно-радужным заревом, у края небосвода жмутся молочные капли звезд. Вместе с лунным светом в воздухе растворяется великая богиня одиноких зверей - тоска, эфирная, без тепла и холода, без боли и наслаждения, без горечи и страха. Тоска, пустота и покой окутали уставшую от дневного зноя землю. В твоей душе не то легкость, не то тяжелый груз, тебе не дано понять этого - ты чувствуешь их одновременно. Ты чувствуешь, как из бледности окантованных серебром ветвей, едва различимого шелеста палых листьев, хрупких, как ледяные иглы, трав сплетается бархатное волокно песни...

Ты прикрываешь глаза. Тонкие руки с неуловимыми бесплотными пальцами касаются твоей беззащитной гладкой кожи. Ты ощущаешь, как тянутся мышцы, медленно и томно, подобно молодым росткам, как тебя покрывает холодный шуршащий шелк серебристой шерсти. Вместе с беззвучным дыханием из широкой волчьей груди вырывается едва различимая мелодия песни... Она уже проникла в тебя, она светится в глазах-звездах и дрожит в мерцающем потоке лунной крови, что плавно льется по неспокойным руслам твоих вен... Нерешительно, как в первый раз, ты поднимаешь голову, и одинокая песня рождается в эфире седого лунного спокойствия... И время замирает...

Странно - ты не чувствуешь больше разлома. Ты просыпаешься отдохнувшим и довольным. С играющей в уголках губ усмешкой смотришь в глубину зеркала, и на тебя смотрят то мягкие дымчатые глаза человека, то густые, жгучие капли огневого янтаря с вплавленными в них пятнами черных зрачков. Тебе это нравится. Ты понимаешь, что обрел себя... Ты больше не боишься ночи с ее леденящим, нечеловеческим ужасом, темной вязкой ночи с древними звуками и запахами, с призраками и бездной. У тебя есть друг. Лунный зверь, с которым вы теперь - одно целое. Ты запрокидываешь голову навстречу солнцу, бросая немой вызов ослепительному дневному светилу. Там, впереди - лес. Там пахнет сосновой хвоей, оленями и волками. Там твое место. Вперед, Зверь! Ты возвращаешься! Ты задыхаешься от восторга - так близко родина!..

* * *

Зыбкий белый мир. Сухой снег хранит темные впадины бесчисленных троп. Ты скользишь по ровному белоснежному покрывалу в поисках добычи. Вот ты почуял останавливаешься, почуяв оленя. Он робок, он осторожен... Ты охвачен волнением, ты боишься, что сбивчивое дыхание вот-вот выдаст тебя. Короткий напряженный шаг... еще один... Лапы наливаются свинцовой тяжестью сомнения. Но вот твой прыжок достигает цели...

Терпкий жаркий напиток освежает твое горло. Еще живая кровь пульсирует меж безжалостных белых клыков, еще живое, теплое тело мечется в агонии, борясь с холодной тенью смерти... О ненасытный хищник! С каждым днем ты все больше забываешь, кем ты был. Какой великий дар преподнесла тебе судьба. Какие великие возможности дремлют в тебе. И какая великая ответственность неотъемлема от них. Беги, лети назад, скажи им, чтобы не стреляли в лунных зверей... Беги, пока не поздно, пока бьется сердце, пока дыхание опаляет разреженный зимний воздух... Но нет. Ты все больше отдаляешься от людей. Вряд ли ты помнишь слова. Вряд ли ты хочешь вернуться. Когда-нибудь перед тобой промелькнут образы прошлых лет. Но ты забудешь их, они уйдут с первыми искрами звезд, оставив лишь неясную боль, зовущую обратно... И однажды ты поймешь, что должен вернуться.

Но пока - ты свободен. Ты - Зверь!

Луна и первый волк

Ту ночь далекую ты помнишь?
Он растворялся в пустоте,
И долго, долго стыла полночь
В глазах, поверивших мечте.

Он уходил без сожаленья,
Открыв дорогу остальным,
В часы кровавого затменья,
К мечтам и образам иным.

Ведь он любил.. Тебя, Богиня,
Тебя, далекая Луна,
И он шептал Твое лишь имя,
Презрев другие имена.

Он пел, когда душа горела,
Твоими циклами он жил...
Когда же смерть коснулась тела,
Тебе он душу подарил.

И Ты хранишь ее, богиня...
О, кто сказал, что ты одна?!
Ты льешь из бездны свет во имя
Того, чья жизнь тебе дана.

Волк

Когда лапы ложатся так мягко на снег,
в нем почти не оставив следов,
это начался бег, что похож на побег
не изведавших страха волков.
Я бегу чуть касаясь снегов, устремясь
не затем, чтоб кого-то догнать,
монотонно и страстно дыша, как молясь.
Это - бег лишь затем, чтоб дышать.
Ведь уже наступили полярная ночь,
да и собственной жизни закат.
И вся поздняя мудрость мне может помочь,
только бросив в побег наугад.
И пока еще близкой весны не сулит
нам смертельная бледность снегов,
надо мной небо звездами ярко горит
ясно, как смысл жизни волков.
И в мельканье еловых и собственных лап
наконец замедляется мысль,
и безумного этого бега хотя б
на бегу понимается смысл.
Когда лапы ложатся так мягко на снег,
в нем почти не оставив следов.
Значит, в новую жизнь может быть лишь побег,
а не тысячи тысяч шагов.
С легким сердцем почти не оставлю следа
от изящных по насту прыжков.
Я сегодня в ночи одинок как звезда,
что горит не в созвездии Псов.
И вот воздух вдыхая с огромных высот,
словно холод далеких миров,
этот бег превращу я однажды в полет
и совсем не оставлю следов.